Category: юмор

Category was added automatically. Read all entries about "юмор".

анекдот

Врач, выходя из операционной поджидающему мужчине: "Приготовьтесь услышать самое неприятное - вашей жене ампутировали ноги выше колена, из-за перелома позвоночника у неё парализовано всё тело - и руки и то, что осталось от ног... Мозг у неё, практически, умер... но сердце крепкое - ещё лет тридцать протянет..."
И, подхватив теряющего сознание благоверного, шепчет ему на ухо: "Да ладно, не ссы... Умерла..."

Сегодня почтили память актёра Вячеслава Тихонова...

Мне не доводилось пересекаться с Вячеславом Васильевичем. Видел его мельком в вестибюле Дома кино в дни разных мероприятий. Сказать, что новость о его уходе удивила - преувеличить. Последние кадры с ним демонстрировали его возраст и усталость. Было ясно, что включён обратный отсчёт, что время его отмерено... Сегодня прошла печальная новость и и не удивив, расстроила. Ушёл человек-легенда. Эти слова не фигура речи...
Вечером собрались поздравить приятеля с д/р. Поздравляли-поздравляли, выпивали, как водится, за родителей, детей и внуков, а после всего приличествующего официоза помянули уход актёра.
Серёга Цигаль рассказал, что Вячеслав Васильевич любил анекдоты про своего главного персонажа, про Штирлица. Радовался новым, коллекционировал старые. Когда снимался фильм "Любовь с привилегиями", в партнёрстве с Серёжиной женой Любой Полищук, Цигаль обрадовал Вячеслава Васильевича анекдотом, который тому слышать не доводилось:
"Штирлиц проснулся в полутёмной камере.По влажным стенам шлялись тараканы, под нарами шмыгали крысы...
"Так," - подумал Штирлиц, - "если я у немцев, то я штандартен-фюрер СС Штирлиц... а если у русских, то Герой Советского Союза, полковник Максим Максимович Исаев...
В дверях камеры загремели ключи и в проёме появился силуэт человека в фуражке: "Ну и нажрались Вы вчера Вячеслав Васильевич! Нельзя же так пить, товарищ Тихонов!" - произнёс сержант милиции."

Трудно вообразить выступление актёра Тихонова на михалковском съезде. Весь его героизм, вся его мужественность были проявлены в перед камерой, на экране. А в жизни он, кажется, производил впечатление тихого, интеллигентного человека, чуждого дрязг и интриг. Эпоху собой он не воплощал и не олицетворял, он был эпохой, не прилагаю к тому никаких усилий. Просто без Тихонова невозможно представить знаковые фильмы эпохи: "Война и мир", Доживём до понедельника", "Белый Бим, чёрное ухо", "Они сражались за Родину", Семнадцать мгновений..."
Светлая и добрая память...

Обещал историю про Тиграна Кеосаяна? Извольте…

Дело было, кажется, в 96-м. Квартировал я тогда на Мосфильме. Офисом назывались порядка 50 квадратных метров площади над бывшим кафе «Тон», находившемуся на Новой тонстудии. Одна стена была у мне стеклянная и выходила во внутренний дворик. Прямо напротив – окна компании UMP им. Рауфа Атамалибекова, моего товарища…
В ту пору я издавал журнал «КИНОПРОИЗВОДСТВО» и населял его персонажами из коридоров Мосфильма. Проблема была единственная – финансирование журнала. На эту тему имеется пара разбитных воспоминаний, но как-нибудь в другой раз.
Сижу раз в офисе и скучаю. Денег нет, полные портфели всяких материалов по журналу, а напечататься не получается по указанной причине.
Развлекался тем, что бродил по дружеским кабинетам и обсуждал перспективы развития отечественного кинематографа, заодно, политическую обстановку в стране… Ну, типичный Вассисуалий Лоханкин.
Иногда ходил трепаться к Давиду Кеосаяну во второй блок. Ихняя студия тогда называлась совсем по-армянски – «Голд Вижн» и занимала целый этаж, выходящий на Мосфильмовскую улицу.
Со скуки набираю телефон Давида, здороваюсь с девушкой на том конце и прошу пригласить к телефону «Давида Эдмондовича». Спросил бы по обыкновенному «Давида» и рассказывать было бы не про что. Но сказал, как сказал…
Собеседница поинтересовалось, мол, кто его спрашивает?
Я, возьми и представься развёрнуто: «Юрий Аркадьевич».
Девушка: «А что передать?»
Я, думая, что узнан секретаршей Давида, начинаю лепить шутку юмора: «А передайте, что звонили из налоговой инспекции, мы сейчас планируем к вам приехать с налоговыми полицейскими, документики ваши уставные посмотрим… То да сё…» - и повесил трубку, подлец.
Я пребывал в полной уверенности, что узнан и шутка даже не принята за шутку. Вышел из своего офиса в Новой тонстудии и отправился во второй блок. Всего пути-то, метров двести. Ну, переходами, ну, здороваться через каждые пять метров (так было на Мосфильме в те времена), ну, кругом-бегом за пятнадцать минут добрался.
Выхожу из лифта на пятом этаже и сразу начинаю наблюдать некоторую нездоровую суету. Мечутся разные (в основном, армянские) работники «Голд Вижн», в простреле коридора, метрах в пятнадцати нарисовался Тиграша и тоже бегом, к лифту. А я и думать про ту шутку забыл… От него крик исходит: «Где машина? Где водитель!?»
«Здравструй, Тиграша!» - говорю, когда он со мной поравнялся. Целоваться было принято при встречах (странная традиция – мужик с мужиком… я к ней не сразу привыкал, ещё в Питере). Изготовился я к процедуре…
А у того слюна по ветру, пузырём, глаза дикие: «Znatokin, ты!?»
«Ну, я Znatokin, дальше то что?» - отвечаю.
«Это ты сейчас звонил?»
Я ему по чесноку, тем более, что и думать забыл про свою шутку юмора: «Я».
Некоторым, кто знает, как умеет материться Тиграша, фантазировать не надо, а кто не знает, тем фантазии не хватит. Сначала он ещё употреблял некоторые нематерные слова и сделался даже гордым за себя, за свою прозорливость: «Я же говорил – либо Федя Бондарчук, либо Znatokin!!!», на этом нематерные слова у него кончились.
Тут до меня стало доходить – они приняли мой звонок всерьёз.
К моменту осознания картинка дополнилась – материть меня принялась дружно, хором и кеосаяновская бухгалтерия. Проходя мимо комнат, видел – что я натворил. Полное впечатление, как от картины «Последние дни», кажется, где неметские фашисты в бункере Гитлера жгут какие-то бумаги и готовятся к паническому бегству.
Ощущении костра в центре комнаты бухгалтерии было зримым.
Ещё из одной комнаты вышли друзья Тиграна и Давида, армянские коммерсы торговавшие крилём и сидящие там, на нелегальной субаренде. Коммерсы стёрли базы данных чёрной своей бухгалтерии. Думал, что эти просто побьют. Обошлось.
Но заходить на этаж к Кеосаянам без выслушивания ругательств за этот звонок у меня получилось только месяца через два…
Такая вот история.